Евгений Николаевич Быков родился в 1967г. в городе
Кургане, точнее в местечке Копай (северо-восточная окраина города). Оно
стихийно возникло на месте отработанных карьеров, на склонах которых сами собой
вырастали домики создаваемые из подручных материалов. Невозможно описать всю
пестроту и причудливость копайской архитектуры.
Женя: Жили мы небедно. Большой дом, а в
нём дед, бабушка, два их сына с женами, дочь с зятем и орава внуков, среди
которых я. Лошадь, два огорода, корова,
куры, три сторожевых пса и уйма кошек, которых я лично притаскивал домой с
окрестных помоек. Уклад жизни являл собой воплощение лозунга о смычке города и
деревни. Все при деле: взрослые работают
на близлежащих заводах и заводиках, дети поливают огороды и огородики, в
огородах растёт картошка, корова даёт молоко, лошадь возит сено для коровы,
куры несут яйца, собаки сторожат двор, кошки ловят мышей. С самого раннего
детства я был участником очень разумно организованной жизни.
Маленького Женю очень тянуло к музыке. Однажды в
магазине канцтоваров он увидел настоящий пионерский БАРАБАН и возжелал обладать
им. БАРАБАН стоил 17р., и в этой роскоши мальчику было отказано. Тогда он
убежал в поля и долго плакал. А ещё Женя был очень добрый. Однажды он увидел,
как кошка поймала и принялась мучить какую-то постороннюю птичку. Мальчик
вырвал жертву из когтей хищника, но не смог спасти ей жизнь. Тогда он похоронил
бедную пичугу и опять же немного всплакнул. Но это всё младенчество – став
постарше, наш герой стал гораздо реже плакать и пошел в школу.
Путь к знаниям, то есть к средней школе №46,
пролегал через «кубы» - группу пятиэтажек, юное население которых являлось
злейшим врагом копайских пацанов. Когда и почему началась эта вражда, никто не
помнил, но традиция есть традиция - её
надо свято соблюдать. Зашел неприятель на твою территорию – надо его изгнать.
Некоторая несправедливость заключалась в том, что жители «кубов» в Копай не
совались, а юным копайцам хочешь не хочешь, дважды в день приходилось
преодолевать опасный путь, потому как ученье – свет.
Женя:
В школу поодиночке мы старались не
ходить. Сбивались в стайки по 3-5 человек, чтобы, в зависимости от ситуации,
достойно держать оборону или нападать. Главное
в школу прийти небитым. Тогда я впервые оценил, что такое надежное плечо
товарища и командный дух. Но ни победителей, ни побежденных в наших стычках не
было – все щеголяли одинаковыми синяками и шишками. Естественно, очень развит
был культ силы, в чести были отвага и крепкие кулаки, все поголовно занимались
боксом и самбо. Я выбрал греко-римскую борьбу.
Евгений в переводе с греческого означает
«благородный». Женю всегда привлекало всё классическое: классическая борьба,
впоследствии – классическая музыка, но об этом чуть позже…
А пока его привлекает техника. Он вдохновенно
собирает самоходные конструкции типа «мопед», благо в комплектующих недостатка
нет - всего в восьми километрах от Копая широко раскинулась городская свалка,
на которой даже чёрта лысого можно найти, не то что какие-то там винтики и
болтики.
Женя:Навык и сноровку собирать
разнообразные железки в нечто единое целое, я унаследовал от отца. Он сам был
большой мастер, и мои технические наклонности всячески поощрял. Купил у соседа
гараж из листового железа, привез его на лошади к нам во двор, и у меня
появилась собственная мастерская. Там я и собирал свои творения. Представьте
себе: раннее летнее утро, мопед собственной конструкции несет тебя по объездной
дороге в обход гаишников к дальней речке – клёво!
…Но совершенно
неожиданно для всех наш герой решил посвятить себя музыке. К моменту окончания
школы Женя уже довольно сносно тренькал на гитарке, и на вступительные экзамены
в Курганское музыкальное училище он отправился совершенно уверенный в своей
красоте. Но без должной теоретической подготовки можно было поступить только на
духовое отделение, потому что там, кроме всего прочего, требовалась ещё и недюжинная
физическая мощь. Попробуй-ка продуть какой-нибудь геликон, если ты хил и слаб!
Тут-то Женина красота и пригодилась.
Женя: Председатель приемной комиссии,
окинув меня взглядом, сказал: «Ну, парень ты крепкий – давай на фагот». Я
засомневался: «Оно, конечно, можно, но хорошо бы взглянуть на него, фагот этот,
как он выглядит-то?». Показали. Внешний вид фагота развеял все мои сомнения.
Тонкий, длинный, басовитый, очень похожий на меня самого. Я сразу проникся к
нему симпатией.
Выбор сделан, и Евгений Николаевич с примерным
усердием начал осваивать этот экзотический инструмент. К концу первого курса он уже участвовал
в филармонических программах-лекториях по «музликбезу» среди учащихся средних
школ и ПТУ. Всякий раз, когда он появлялся на сцене с фаготом наперевес,
школьники в изумлении замирали: «Что ЭТО?!» - «А это, дети, фагот, инструмент
симфонического оркестра».
Но и гитару
Женя не забывал. Да и как её забудешь, если нужно зарабатывать на жизнь
(Е.Н. довольно рано женился и должен был содержать свою семью), а гитара –
кормилица. К тому времени, твердо овладев парой-тройкой «блекморовских»
пассажей, он играл на танцах в центральном ДК города и слыл не последним
гитаристом. Еще одну статью доходов составляли похороны. Похороны у музыкантов
цинично назывались «ходить на жмура». Там, под всхлипывания трубы и завывания
баритона, тяжело и скорбно Женя бил в большой БАРАБАН. (Каким непостижимым
образом сбываются иногда детские мечты!).
Продолжение следует…
|
