Во всем виновный, дрожа, как лист,
Живет чиновник, растущий вниз.
В движеньях мелок, бесстыдно лыс,
Приятель белок, потомок крыс.
Не врач, не плотник, не альпинист -
Штабной работник, бумажный глист.
Живет убого, как не живет.
Худые ноги, большой живот.
Летят недели, года бегут,
Но в этом теле (точней, в мозгу),
Как заключенный, тайком от всех,
Живет ученый, растуший вверх.
Живет прозаик, растущий внутрь -
Никто не знает его минут!
И в той же коже - свидетель Бог! -
Живет художник, растущий вбок.
Во всякой драме есть свой статист.
"Ах, мама, мама, ну, улыбнись!
Пускай без денег, пускай рогат,
Но не бездельник. Ну, не ругай.
Тебе признаюсь начистоту -
Я сам не знаю, куда расту.
Я твой шиповник, твой кипарис," -
Шептал чиновник, растуший вниз.
Мне скажут: "Здрасьте, ну налепил!
Такие страсти, что твой Шекспир!"
Он вам не ровня, Шекспир не врет.
Умрет чиновник, и мир умрет.
1992
Ор. № 101
Сб. "Танец на огне" (В.Музыкантов, Москва, 1993)
